Курс Доллара к рублю на сегодняUSD00.000
Курс Евро к рублю на сегодняEUR00.000
Курс Фунта к рублю на сегодняGBP00.000

Полный голодец
index

Областная Рязанская Газета. Рязанские новости

Новости Рязани и Рязанской области

Полный голодец

Оцените материал
(1 Голосовать)
400

Вице-премьер России Ольга Голодец считает, что нищета в РФ уникальна и имеет национальные черты. Раньше чиновницу волновало, что россияне работают «по-серому», а теперь её не устраивают низкие зарплаты населения: работая, люди продолжают быть практически нищими. Их около пяти миллионов. Следует заметить, что всё это происходит в стране, где темпы прироста долларовых миллионеров за последние 10 лет превышают европейские


 

Рязань, 18 апреля – Областная Рязанская Газета. Это свидетельствует о неэффективности мер поддержки, но у государства пока нет приемлемых механизмов для борьбы с бедностью, кроме увеличения нагрузки на бюджет.

 

В других странах с бедностью всё намного проще: хочешь жить – иди работай, а если ты нищий – то ты бездельник. И только россияне умудряются дневать и ночевать на работе и при этом не становиться богаче: они вынуждены дорожить местом, где платят не больше прожиточного минимума. На другие работы люди не уходят, поскольку некуда – там тоже нищенские зарплаты, на уровне МРОТ и не больше. Но 7,5 тыс. рублей – это не разговоры даже для студента, который только что окончил вуз и не имеет опыта работы. У человека, получающего такие деньги, нет стимула расти в карьерном плане, становиться профи в своей сфере, менять квалификацию и получать новые знания.

 

 

Хотя есть специалисты, уверяющие, что всё наоборот: низкая квалификация, нежелание расти профессионально и лень порождают низкие зарплаты в 7-8 тысяч.

 

Чтобы выяснить, как возникла «уникальная бедность», «Лента. ру» побеседовала с руководителем проекта Комитета гражданских инициатив «Повышение эффективности и результативности социальной защиты» Лилией Овчаровой.

 

Лидия Овчарова

 

Лилия Овчарова отметила, что помощь бедным и нуждающимся – главная цель системы социальной защиты, особенно в условиях кризиса и особенно когда речь идёт о государственной помощи. На социальную поддержку мы тратим много – 12,4% ВВП. Это на уровне развитых европейских стран, у которых валовый продукт гораздо больше. Однако бедным достаётся незначительная часть выделяемых средств.

 

Система соцзащиты состоит из двух частей: страховые и нестраховые меры поддержки. Страховые – это пенсии и соцстрахование (больничные листы, пособия по беременности и родам, страхование от несчастных случаев на производстве). К нестраховым относятся различные выплаты и социальное обслуживание, и на это в 2015 году было израсходовано 2,6% ВВП. И именно эта часть социальной защиты преимущественно должна направляться на поддержку бедных. В нашей стране к нестраховым видам поддержки относится и пособие по безработице, хотя в развитых странах это страховая мера.

 

Причём одна из серьёзных проблем – учёт получателей социальной помощи. В нашей стране один и тот же человек может получать поддержку из разных источников и, соответственно, многократно учитываться.

 

 

Расходы на адресные программы, которые предназначены именно для бедных, сегодня составляют 0,4% ВВП или чуть больше 20% от общего объёма затрат на нестраховые меры соцподдержки. Из чего мы делаем вывод о том, что система социальной защиты неэффективна с точки зрения содействия сокращению бедности. У нас в стране господдержку получают не только бедные.Длительное время приоритетными получателями были так называемые заслуженные граждане. Большая часть средств расходуется на льготников, то есть людей, относящихся к разным категориям населения, которым предоставляются различные преференции.

 

У нас в стране как минимум 300 различных льгот. Но льготник льготнику рознь. Например, заслуженные категории – это спорный вопрос. Кстати, население считает, что заслуженные люди должны иметь льготы. Здесь я хотел бы высказать своё мнение. Несомненно, если человек совершил подвиг, он должен быть отмечен. А относительно добавок к пенсиям бывшим депутатам всех уровней, чиновникам и т.д. возникает вопрос: за что? Они получают приличную заработную плату, и это ведь найдёт отражение на размере пенсии. Зачем ещё устанавливать дополнительные выплаты?

 

 

Существуют различные профессиональные льготы, которые представляют собой перекладывание расходов работодателя на государство. А в условиях рыночной экономики это означает, что бедные спонсируют крупных работодателей, поскольку государство, вместо того, чтобы поддерживать бедных, предоставляет пенсии за работу в тяжёлых условиях, которые должен оплачивать работодатель. В советской системе это было приемлемо, в рыночной – нет. Нуждающееся население не должно покрывать издержки бизнесменов. Но сегодня государство тратит почти 300 млрд рублей на особые пенсионные режимы для этих категорий и ещё 92 млрд – в нестраховой системе социальной защиты. Это означает, что система социальной защиты спонсирует бизнес. Справедливо ли это? Думаю, нет. Сейчас просто необходимо сместить приоритеты социальной политики и направить основные расходы на помощь бедным.

 

Лилия Овчарова считает, что нельзя заменить все льготы деньгами. Она поясняет, что это попытались сделать в 2005 г. Тогда был принят закон о монетизации льгот, который очень тяжело проходил. Но здесь есть определённая проблема. Так нельзя поступить со всеми льготами. Скажем, решили вы монетизировать льготу на оплату лекарств и даёте человеку деньги. Не факт, что он на них купит лекарства. Получается, что вы жизнь ему не продлили, а деньги потратили. Или вы можете дать деньгами льготу на оплату коммунальных услуг, но люди всё равно не заплатят. Помощь становится бессмысленной.

 

По мнениюЛилии Овчаровой, есть трудности и к отнесению людей к категории бедных. Единого определения бедности нет, поскольку бедность относительна во времени и в пространстве. В каждой стране это понятие трактуется по-своему. В России это прожиточный минимум, стоимость минимальной потребительской корзины плюс необходимые налоги. Если доход гражданина меньше этой суммы, он считается бедным.

 

 

Вот, к примеру, возьмём самую обсуждаемую группу – ветераны труда. Только 10% из них имеют доход ниже прожиточного минимума. Казалось бы, всё просто: только им и надо оказывать помощь. Но есть ещё понятие субъективной бедности: как люди сами оценивают своё благосостояние. Это очень важно! Если человек считает себя бедным, а ему вдруг говорят: «Нет, ты не бедный, и никаких льгот тебе не полагается», то я не завидую тому политику, которому придётся вести этот диалог.

 

И согласно опросам, среди ветеранов труда бедными себя считает уже половина. А если вы не будете спрашивать, бедны ли вы, а спросите, на что вам хватает, то ветеранов, которые говорят, что им хватает только на удовлетворение минимальных потребностей, наберётся и все 70%.

 

Это связано преимущественно с тем, что у пожилых людей самый высокий «индекс лишений». Это ещё одно определение бедности, не на основе доходов, а на основе анализа реального потребления. В прожиточном минимуме мы считаем, что люди получают медицинские услуги бесплатно, но в реальной жизни примерно треть расходов на здравоохранение – это платежи населения. У пожилых людей более высокие потребности в медицинских услугах, значит, и реальные расходы выше, нежели это предусмотрено в прожиточном минимуме. К слову, если говорить об объективной бедности (то есть если оценивать доходы ниже прожиточного минимума), то самые высокие риски бедности – у детей.

 

Лилия Овчарова ответила и на вопрос: «Как вы предлагаете изменить систему социальной поддержки?» По её мнению, государство должно поддерживать, в первую очередь, бедных. Это главная миссия нестраховой социальной защиты. Собственно, так и происходит в странах с рыночной экономикой, где каждый гражданский институт выполняет свою функцию.

 

Лилия Овчарова отметила, что они прекрасно понимают, что быстро этот переход осуществить невозможно. Конечно, переходить к новой системе предпочтительно в условиях, когда экономика на подъёме. Но если уж так сложилось, что реформировать систему приходится в условиях спада, то этот процесс должен быть более плавным и взвешенным.

 

Резко ничего менять нельзя. Это тоже нужно делать аккуратно. Представьте, живут два человека на одной лестничной клетке с разницей в возрасте в два года, и одному предоставят льготу, а другому нет. Это создаст социальную напряжённость. Первоочередной задачей в настоящее время, по мнению Лилии Овчаровой, является, как минимум, не создавать новые льготные категории и к этому я бы добавил: пересмотреть списки претендентов на льготы, с учётом исключения из них лиц не совершивших «подвиги».

 

Арнольд ГРЫНИН

 

Шинный центр

Фотогалерея

VK
FB