Курс Доллара к рублю на сегодняUSD00.000
Курс Евро к рублю на сегодняEUR00.000
Курс Фунта к рублю на сегодняGBP00.000

О Евгении Маркине и не только
index

Областная Рязанская Газета. Рязанские новости

Новости Рязани и Рязанской области

О Евгении Маркине и не только

Оцените материал
(2 голосов)
642

В газете «Литературная Россия» № 19 от 2 июня 2017 года была опубликована статья рязанского автора Александра Потапова «Болезнь маркинсона» о знаменитом поэте Евгении Маркине. Надо сказать, что Александр Потапов приносил эту статью и к нам в редакцию. Но мы отказались её печатать, сегодня поясним – почему...


 

Рязань, 1 августа – Областная Рязанская Газета. Материал из №29 (187) от 27.07.2017г. 

 

Скажем сразу, речь в статье Александра Потапова идёт о таких выдающихся писателях, как Александр Солженицын, Евгений Маркин, Николай Рубцов, Эрнст Сафонов. Александр Потапов во вступлении пишет: «В последнее время наблюдается упрямое желание некоторых из пишущей братии создать ореол скандальной славы вокруг известного рязанского поэта Евгения Маркина». Но так ли это? И какими фактами оперирует автор, утверждая это?

 

Эрнст Сафонов

 

Начинается статья с того, что Александр Потапов сомневается, что знаменитое стихотворение Евгения Маркина «Белый бакен» посвящено Солженицыну, мол, здесь просто повествование о трагической любви «тихого бакенщика» Исаича и «женщины-беглянки».

 

Немного истории. В 1970 году, после исключения Солженицына из Союза писателей СССР в 1969 году, Евгений Маркин пишет стихотворение «Белый бакен», и после публикации этого стихотворения в журнале «Новый мир» в 1971 году, в котором многие разглядели посвящение Александру Солженицыну, Евгения Маркина исключают из Союза писателей СССР. Александр Потапов и тут сомневается, что именно за написание стихотворения «Белый бакен» Евгений Маркин был исключения из Союза писателей СССР. Конечно, легко сомневаться спустя почти полвека, да к тому же в современной России, когда можно высказывать любое мнение и тебе за это ничего не будет, партия и правительство никак не накажут. Интересно, также бы сомневался Александр Потапов, живя в Советском Союзе, когда происходили эти события? И как бы голосовал Александр Потапов: «за» или «против» исключения Солженицына? Я почему-то думаю, что как раз Александр Потапов мог бы голосовать за исключение Солженицына и причём, как мне кажется, в первых рядах… Но перейдём от моих предположений к фактам и документальным свидетельствам…

 

В книге Владимира Галахова «События и встречи» (Рязань, из-во «Русское слово», 2015 г.) представлены воспоминания автора о встречах с людьми, так или иначе внёсших свой вклад в культуру родного края. Есть там статья «О Галине Черновой», в которой рассказывается о встрече Владимира Галахова и Галины Черновой в 1993 году. Поясним, известный рязанский журналист Галина Чернова – жена Евгения Маркина. Так вот в своей статье Владимир Галахов пишет: «Меня интересовало, прежде всего, мнение Галины Петровны о стихотворении «Белый бакен», опубликованном в журнале «Новый мир». Стихотворение вызвало интерес в читательской среде. Одни читатели в образе бакенщика, отчество которого Исаич, увидели завуалированного Солженицына, который, мол, «всегда знает путь» (по выражению самого Солженицына), другие поняли тему «Белого бакена» как чистую бытовуху. На мой вопрос о том, подразумевал ли Евгений Маркин под образом бакенщика Солженицына, Галина Чернова ответила кратко – безапелляционно: «Бакен» – это не бытовая тема».

 

Галина Чернова

 

А раз это, по свидетельству жены, не бытовая тема, то значит – какая? Ответ очевиден… Думается, это важное свидетельство – жены поэта, кому как не ей было знать, что пережил, перетерпел в те годы Евгений Маркин.

 

Итак, повторим ещё раз, стихотворение написано в 1970 году, опубликовано в 1971 году… В 1969 году исключение Александра Солженицына поддержали во многих писательских организациях Советского Союза. Это было исключение союзного масштаба, а не просто рязанской писательской организации. Так неужели Евгений Маркин не понимал, не отдавал себе отчёт, что, употребляя отчество «Исаич», многие подумают на Солженицына? Думаю, не просто понимал, а сделал это осознанно. О чём и говорит Галина Чернова: «Бакен» – это не бытовая тема». Ведь если бы Евгений Маркин просто захотел написать о любви бакенщика и женщины-беглянки, то он мог бы придумать какое-то другое отчество, например, Иваныч. Да или вообще обойтись без отчества. Но ведь Маркин поступил по-иному! И уже через месяц (!) после опубликования «Белого бакена» Евгения Маркина исключают из Союза писателей СССР. А потом помещают на полтора года в лечебно-трудовой профилакторий, по сути – ту же тюрьму. Отлучён был автор «Белого бакена» на несколько лет и от издания книг, и от публикаций в периодической печати.

 

Большая часть статьи «Болезнь маркинсона» касается собрания писательской организации, на котором исключили Александра Солженицына. Кто и как голосовал. Итак, Александра Солженицына исключили из Союза писателей СССР 4 ноября 1969 года, на котором отсутствовал (это важно!) ответственный секретарь писательской организации Эрнст Сафонов. Через месяц, 4 декабря (к этому времени Эрнст Сафонов уже вышел из больницы), состоялось отчётно-выборное собрание Рязанской писательской организации. Итак, Александр Потапов утверждает: «Далее Евгений Фёдорович (Маркин – прим. автора) подверг критике – кого бы вы думали? – ответсекретаря Эрнста Ивановича Сафонова, единственного (!) из рязанских писателей, отказавшегося поставить свою подпись за исключение Солженицына».

 

Однако, согласно выдержкам стенограммы из доклада Эрнста Сафонова на втором собрании, состоявшемся 4 декабря 1969 года, говорится:

 

 

 

 

 

«На собрании был поднят вопрос о писателе Солженицыне, состоявшем на учёте в нашей писательской организации. Собрание постановило: «За антиобщественное поведение, противоречащее целям и задачам Союза писателей СССР, за грубое нарушение основных положений Устава СП СССР исключить литератора Солженицына из членов Союза писателей СССР». Мы, здесь, в Рязани знаем, что вопрос исключения Солженицына не является неожиданным. У Солженицына была возможность взвесить, оценить свои поступки. И у нас, в Рязани, пытались побеседовать с Солженицыным о тенденциозной направленности его сочинений, о том, на какую сторону баррикады встал он в непримиримой классовой борьбе. Увы! С Солженицыным не удалось по-писательски, откровенно поговорить на эту тему. От жизни нашей писательской организации Солженицын был далёк, был далёк от наших забот и устремлений, и – как отмечается в опубликованном письме секретариата СП РСФСР – «в своих действиях и заявлениях он сомкнулся с теми, кто выступает против советского общественного строя».

 

Думаю, товарищи, что здесь иных мнений быть не может, ибо – как учит Ленин – художнику всегда необходима чёткая классовая позиция, он должен уметь сочетать конкретное знание фактов жизни с широким представлением о законах общественного развития. Когда писатели Рязани решали вопрос о Солженицыне, я не мог принять участия в обсуждении: был болен, находился после операции в больнице. Как коммунист, как секретарь писательской организации, я поддерживаю это решение».

 

Так что сам Эрнст Сафонов говорит, что, когда было первое собрание – то он лежал в больнице, поэтому никак не мог поставить подпись ни «за», ни «против» исключения, его просто не было на собрании, а когда было второе собрание – то он поддерживает это решение. Так что Эрнст Сафонов был как раз за исключение Солженицына.

 

Зачем Александр Потапов вводит в заблуждение читателей?

 

Далее автор статьи «Болезнь маркинсона» пишет: «Эрнст Сафонов, отсутствовавший на злополучном собрании, оказался единственным из писателей, не голосовавшим за исключение Солженицына из СП. За что он и подвергся гонениям». Не берусь судить, какими именно подвергся Эрнст Сафонов гонениями и за что, однако у него (в отличие от Евгения Маркина) в эти годы выходят книги, и немалыми тиражами:

 

Мгновенья жизни – М.: Сов. Россия, 1969;

Деревенская история – М.: «Московский рабочий», 1971. – 328 стр. Тираж: 65000 экз. Формат: 84x108/32. Мягкий переплёт;

Очерки в журнале «Человек и закон» №1, №4… за 1973 год.

 

Согласитесь, как-то не похоже на гонения, ведь, как известно, если в Советском Союзе начинались гонения на каких-то писателей, то их, прежде всего, прекращали печатать, как собственно поступили с Маркиным…

 

Также Александр Потапов рассказывает: «Странно, но подобной «болезни Маркинсона» подвержены и другие «маркинисты». Недавно одна рязанская радиожурналистка … обратилась ко мне с вопросом: «Что вы можете рассказать о дружбе Евгения Маркина с Николаем Рубцовым?» Разумеется, я ответил, что о такой дружбе и слыхом не слыхивал, поскольку её не существовало. Был ли Маркин знаком с Рубцовым? Возможно, но не более того, ведь в Литинституте многие были знакомы». Один маленький нюанс хочется напомнить автору статьи – если кто-то о чём-то «слыхом не слыхивал», это ещё не значит, что этого не существовало вовсе.

 

Не будем далее комментировать данное высказывание Александра Потапова, а предоставим слово… Николаю Рубцову (приводим часть письма, адресованную Борису Шишаеву):

 

Борис Шишаев

 

В. Нечунаеву и Б. Шишаеву

Красногорское, июнь-июль 1966

 

Добрый день, Вася и Боря.

Боря, а как ты чувствуешь себя? Понял ли ты, наконец, что ещё слишком и слишком рано и совершенно бессмысленно сочинять завещания? Куда интереснее и веселее сочинять (ну, писать) стихи. Летом земля (вообще жизнь) особенно красива. А сколько ещё впереди лет?

Вася и Боря, мне очень и очень интересно узнать, как складываются сейчас ваши жизненные обстоятельства, чем вы сейчас, как говорится, дышите. Поэтому буду рад и благодарен вам, если вы (перед отъездом из Москвы) пошлёте мне сюда письмецо.

Вася, все твои товарищи и знакомые, которых я здесь видел, передают тебе искренний привет. А значит, и Боре. Особый привет от Ольги.

Заканчивая письмо, я хотел бы и вас попросить передать мой привет некоторым ребятам из института: Эдику Крылову, Лёне С..., С. Чухину, С. Петрову, В. Юдинову.

А когда ты, Боря, будешь в Рязани, то передавай привет Жене Маркину.

Ну, жду ответа. Пишите обо всём. Побольше – о себе. Крепко жму ваши мускулистые руки.

Ваш Рубцов.

 

Возникает логичный вопрос: Александр Потапов лучше самого Николая Рубцова знает, с кем дружил Николай Рубцов? И ещё Александр Николаевич пишет, что «мне довелось прочитать немало книг о выдающемся певце «тихой родины», и никто из друзей Рубцова, его сокурсников по Литинституту ни разу не упомянул имя Маркина!». Мне, к сожалению, пока не довелось прочитать много книг о Рубцове, я лишь посидела один (!) день в Интернете и нашла письма Рубцова, одно из которых привела выше и воспоминания Бориса Шишаева и Алексея Хлуденева, в которых они рассказывают, что Маркин и Рубцов были знакомы.

 

Николай Рубцов

 

Вот что пишет исследователь жизни Николая Рубцова Леонид Вересов в своей статье «Литературные семинары в творческой биографии Н.М. Рубцова»:

 

«Факт приятельских отношений Николая Рубцова и Евгения Маркина неоднократно встречается в мемуарной литературе. Так в письме В. Нечунаеву и Б. Шишаеву из села Красногорского (Алтайский край) от июля 1966 года Н. Рубцов пишет: «А когда ты, Боря, будешь в Рязани, то передавай привет Жене Маркину».

 

Вот почему обожаю заниматься жизнью и творчеством Н.М. Рубцова. Всякий раз в разных эпизодах его биографии встречаются поэты, писатели, люди других видов русской культуры, которых раньше не знал, но благодаря поэту Рубцову вдруг открываешь их для себя и, конечно, для своего читателя.

 

Итак, «Евгений Фёдорович Маркин (22.08.1938-17.11.1979) родился в деревне Клетино Касимовского района Рязанской области. Здесь, на малой родине поэта, с 1988 года проводится литературный праздник, который с 2001 года носит статус «областного». Его творческая судьба тесно связана с именами Ярослава Смелякова, Михаила Светлова, Михаила Луконина, Юрия Прокушева. Он участвовал в литературных вечерах, творческих встречах с такими поэтами, как Евгений Евтушенко, Роберт Рождественский, Белла Ахмадуллина. Оставили свой след в биографии Маркина и литературные корифеи: Александр Твардовский и Александр Солженицын.

 

В 1961 году вышла его первая книга стихов «Личное дело», а в 1963 году – вторая книга стихов молодого поэта «Звёздный камень». Его стихи публиковались в «Комсомольской правде», в альманахах «Литературная жизнь», «Спутник», «Стрелка». Затем вышли сборники «Лесной ручей», «Стремнина», «Моя провинция». В 1966 году Евгений Маркин стал победителем Всесоюзного конкурса молодых поэтов. После смерти поэта в 1981 году в Москве вышли два сборника стихов «Разница во времени» и «Мещёрские сосны».

 

В 2000 году был издан крупный сборник стихов и прозы Е. Маркина «Серебряный вальс». К 70-летию со дня рождения поэта вышел трёхтомник: в 2006 году – сборник стихов «Отава», в 2007 году – второй том «Дорога», в 2008 году – сборник под названием «О Евгении Маркине», в котором образ писателя воссоздаётся в воспоминаниях о нём, в посвящённых ему стихах, в размышлениях о его судьбе, его художественном наследии.

 

Из справки о Е. Маркине мы узнаём, что поэт тесно соприкасался со многими именитыми поэтами ХХ века. Ну что ж, теперь сведём его творческую линию с биографией великого Рубцова. Приведём воспоминания А. Хлуденева как ещё один пример приятельских отношений поэтов. «Вскоре в редакцию пришёл и Николай Михайлович Рубцов. Небольшого роста, лысоватый, взгляд умный, кроткий. Багров крупно вышагнул ему навстречу, радушно приветствуя. Познакомил нас, сказал, что я из Рязани.

 

– Из Рязани? – переспросил Рубцов. – Евгения Маркина знаешь?

 

Господи, кто же не знал в Рязани поэта Маркина? Студентом первокурсником пединститута он широко печатался в газетах и альманахе «Литературная Рязань», а когда перевёлся в Литературный институт им. Горького, то ещё студентом издал первую свою книгу – «Личное дело». В книгу эту пошли стихотворения «Речка Гусь», «Я помню жактовскую комнату», «Ленька», «Петька-петушок», – те самые, что будут напечатаны во всех последующих книгах поэта и будут читаться «на бис» на студенческих вечерах в Рязани много лет – вплоть до наших дней. А теперь и на могиле поэта...

 

Рубцов и Маркин познакомились в Москве, где Рубцов учился в том же Литературном, знали и ценили творчество друг друга, видно, не раз стаивали рядом в очереди за кружкой пива, пересчитывая последнюю карманную мелочь и перешучиваясь, – во всяком случае, улыбаясь, Рубцов заметил: «Чудак этот Женя Маркин! Если завёлся в кармане рубль – обязательно возьмёт такси...»

 

А далее удалось найти более ранние воспоминания Б.М. Шишаева из книги 1983 года «Воспоминания о Рубцове».

 

«Ранней весной 1969 года я был в Рязани. Захожу в писательскую организацию, а там – Николай Рубцов! Обнялись. Оказывается, он приехал – с моим земляком – поэтом Евгением Маркиным. Они в Москве вместе участвовали в каком-то большом литературном мероприятии, и Маркин уговорил его побывать на земле Есенина».

 

В этих воспоминаниях Б.М. Шишаев путает 1969 и 1968 годы. Конечно же, эти события происходили в 1968 году».

 

Александр Потапов продолжает рассуждать: «Почему в окололитературных кругах, да и в некоторых печатных изданиях гуляют мифы о Евгении Маркине? Полагаю, что таким образом Маркин-сын и другие «защитники» поэта пытаются соорудить ему некие подпорки – то в лице Нобелевского лауреата, то в лице последнего русского поэта-классика. Сами того не подозревая, подобными лжесвидетельствами они только унижают Евгения Маркина, оказывая ему медвежью услугу. Евгений Фёдорович и без того занимает достойное место в русской поэзии, и ни он сам, ни его творчество в чужих «костылях» не нуждается. Что же касается «болезни Маркинсона», думаю, она излечима. Важно только, чтобы те, кто страдает этим недугом, нашли исцеление в честности и порядочности, а не в лживом пустословии».

 

Галина Чернова, Евгений Маркин и их сын Роман

 

А может быть, именно Александр Потапов хочет соорудить себе подпорки? Как вы думаете, читатели? И ещё. Какую же нужно иметь совесть автору Александру Потапову, чтобы даже в заголовке статьи «Болезнь Маркинсона» – так исказить, если не сказать – поиздеваться над фамилией известного рязанского поэта, почитаемого до сих пор…

 

Потапов пишет: «Сочинить нельзя…» – писал Валентин Сафонов. Но ведь сочиняют!» Сочиняют… и прежде всего, как, надеюсь, читатели смогли убедиться – сочиняет именно Александр Потапов.

 

Ни Александр Солженицын, ни Евгений Маркин, ни Николай Рубцов не нуждаются ни в каких подпорках, ни в какой скандальной славе. На мой взгляд, самое главное, не кто и как голосовал, кто и с кем дружил – а то, какие произведения они написали, насколько они остались в литературе, сказали своё веское талантливое слово… Эти выдающиеся писатели, без всякого сомнения, уже остались в литературе. А останется ли писатель Александр Потапов? Покажет время…

 

Лариса КОМРАКОВА

 

Шинный центр

Фотогалерея

VK
FB