Курс Доллара к рублю на сегодняUSD00.000
Курс Евро к рублю на сегодняEUR00.000
Курс Фунта к рублю на сегодняGBP00.000

Но твердо верил – есть литература!
index

Областная Рязанская Газета. Рязанские новости

Новости Рязани и Рязанской области

Но твердо верил – есть литература!

Оцените материал
(0 голосов)
917

6 июня исполнилось бы 60 лет литератору, преподавателю Рязанского Государственного университета, поэту и очеркисту Александру Осипову


Рязань, 11 июня – Областная Рязанская Газета. Специально к юбилею почитатели таланта поэта издали сборник его произведений «Вязкая память живицы».

 

«Вязкая память живицы». В этом названии – безоговорочная преданность автора удивительному Мещёрскому краю, воспетого в своё время Константином Паустовским. Александр Осипов достойно продолжил эту песнь, ничуть не сфальшивив, ибо негромко и задушевно делился своей истинной, генетически заложенной, любовью к Солотче.

 

Открываю Интернет. Группа «Старый литфак», созданная Олей Чикиной. Листаю записи, посвящённые однокурснику Саше Осипову. Одна из них, 2012 г.:  «Умер Александр Осипов, мой учитель…» И вдруг эти горестно-невыносимые строчки ложатся под колёса огромного белого «Форда». И его морда, наглая и довольная, не исчезает. Реклама! И нельзя нажать на крестик: его просто нет. А есть надпись: «узнать больше». О «Форде» этом, который мне, как «собачке – здрассте» (любимая осиповская фразочка). Узнать больше… Да я про Сашу хотела почитать! А из-под колеса белой махины видно только: «мой учитель…». И всё. Остальное – не разобрать. И бесстыжая эта морда с раскосыми, самодовольными фарами. Символично, заметил бы Осипов. У него, у Саши, как у лирической героини Цветаевой, было два врага «неразрывно слитых»: «голод голодных и сытость сытых». Не вписался он в новую капиталистическую действительность. А кто из нас – литфаковцев 70-80-х вписался?  Единицы, дай им Бог здоровья.

 

Александр Осипов, сын известного в 60-е годы ХХ века  поэта Евгения Осипова, родился 6 июня 1955 года и, по благословению Игоря Гаврилова, наставника всех пишущих рязанцев минувшей (но не забытой!) эпохи, был назван в честь того, о ком говорили и, слава Богу, продолжают говорить – «наше всё».

 

Детство и юность Саши Осипова – это посёлок Солотча и рязанская улица Пожалостина. Работал, отслужил в армии. В 1978 г. поступил на факультет русского языка и литературы Рязанского педагогического института. После окончания почти 20 лет преподавал на литфаке. Учёных степеней не нажил. Зато любим был студентами и студентками безмерно – за преданность литературе, за то, что нёс им её как самое дорогое, что имел. Да, собственно, только этим богатством и обладал, о чём и следует говорить – не о личной же жизни,  изломанной, не сложившейся.

 

Осипов любил всякого рода аллюзии и реминисценции. Они давались ему легко, без малейшего напряжения. Ибо он самым естественным образом  ж и л   в литературном материале: как в текстах писателей разных времён и народов, так и в их судьбах, личных и творческих. Ох, и было у него припасено всяческих баек! Которые он, конечно же, не мог не дополнить собственными колоритными мазками. При этом ни чувство меры, ни такт никогда ему не изменяли. Просто всё в его интерпретации становилось живым, осязаемым, ярким…

 

Вот как вспоминает о первой лекции Осипова (первой для неё, студентки) Олеся Воронцова: «…Включился свет – у Александра Евгеньевича закончились обязательные слова, и пошла великолепная отсебятина.

 

То, как он умел рассказывать о писателях, как декламировал стихи и как много знал всего обо всём – стало легендой, притчей во языцех. А меня больше всего удивляло в нашем учителе умение мгновенно переключаться с тихой грусти на вдохновение – игривое или восторженное – а потом так же резко – обратно. В тот, первый раз (кажется, речь шла о Довлатове) Осипов заставил аудиторию хохотать, а потом вдруг опять сник, погасил взгляд и подвёл итог коротко и печально: «Почитайте, почитайте». Он всегда печалился оттого, что по-настоящему читающих студентов на литфаке – маловато…».

 

Интернетовские зарисовки  бывших осиповских студентов хочется перечитывать бесконечно: у талантливого Учителя – талантливые ученики. И не поделиться этими записями невозможно.

 

Анна Хитрова: «Помню, что уж слишком он отличался от других преподавателей. И ещё было стойкое ощущение, что именно так и надо «показывать» людям литературу. Он же просто читал на лекциях. Собственно и лекциями это назвать нельзя было. «Левша» – старое истёртое программное произведение, знакомое всем со школы. В его исполнении звучало удивительно по-новому. Возникало желание брать книгу и читать ещё, уже самому».

Оля Чикина: «А чаще всего он любил говорить о старом литфаке. Для него это была добрая звезда, делавшая жизнь романтика осмысленной.

 

Как же мне и моим однокашникам повезло, что мы тоже населяли тот мир на третьем этаже нового корпуса и грелись под той же доброй звездой, что и Евгеньич. И многие не гнушались даже быть романтиками... И никто не думал, что это не навсегда. Я так точно не думала. Хорошо, что бывали времена, когда стихи были людям нужны так же, как, к примеру, деньги. И вообще хорошо, что у нас есть светлое прошлое. Его можно разглядывать и прижимать к сердцу».

 

Наташа Мартынова: «Он всегда оставлял после себя впечатление отстраненности от настоящего, «отшельничества в миру», обладания тайным знанием. В нём читалась печаль, как читается она в глазах мастера, понимающего, что его искусство канет в лету, ибо нет у него достойных учеников…».

 

Павел Ёжиков: «С первой же лекции стало понятно, что литфак в моей жизни – неспроста, тут есть, у кого и чему поучиться. Деликатная экспрессия, с которой этот Человек делился с аудиторией своими знаниями, не могла оставить равнодушным никого. Да, в какой-то степени эта самозабвенность обескураживала, но его артистизм завораживал и увлекал, умение удерживать внимание и яркий дар рассказчика очень выгодно отличал Сан’евгенича от большинства преподавателей…».

 

В общем, преподавать бы нашему «Евгеньичу» всю жизнь. Но, волею судьбы оставшись без семьи, без родного дома на Пожалостина,  а главное, без работы на литфаке, мыкался он не год и не два. Пытались помочь. Саша Шаблов, однокурсник, находясь всё время далеко, умудрялся поддерживать – всегда. Никогда не бросала сестра двоюродная – Елена Радиевна. Директор Рязанского свободного лицея Дмитрий Силкин спасал бесконечно. Благодаря ему  и случился незабываемый подъём: лекции Александра Осипова  в литературной гостиной лицея. Каждая из них была событием. Не обретя скрупулёзности  учёного, Александр Осипов преуспел в разговорно-артистическом жанре. Героями его моноспектаклей стали Константин Паустовский, Константин Симонов, а также Николай Эрдман, Борис Корнилов, Дмитрий Кедрин, Александр Галич… Такие разные авторы. Но в осиповской подаче они легко объединялись его пониманием, вписывались живыми и яркими красками в общелитературное полотно, что и было для рассказчика главным.        

 

Стихи Осипов писал давно. Поскольку читал прекрасно, на слух они принимались нами безоговорочно. Но, может, где-то не доделал. Сам понимал это, но напечатанными видеть хотел, называя написанное «рифмованными чувствами». А вот прозу начал писать буквально года за два-три до ухода. Счастье, что успел оставить немало рукописных страниц, оторваться от которых было невозможно, и все вокруг старались, чтобы, не дай Бог, всё это потерялось. Был по-детски рад, когда  опубликовали его записки о Солотче в возрождённом альманахе «Литературная Рязань» (в первом номере которого в 1955 г. были напечатаны стихи его отца). Выступление Осипова на презентации альманаха было настолько заметным и так взбудоражило его самого, что казалось: впереди много-много книг, ведь есть, что сказать! И было решено, что первая книжка будет называться по названию одного из очерков – «Вязкая память живицы». Однако время до её выхода в свет вместило в себя много тяжёлого и, увы, непоправимого…

 

А «рифмованные чувства» наверняка разойдутся на цитаты. Практически в каждом стихотворении есть строки, которые хочется повторять, вспоминая непередаваемые интонации их автора. И его самого. Да, он многому был «в жизни не обучен». Но зато твёрдо верил: «…есть литература! И значит, мир не скучен и не сер». И это осиповское кредо, как звёзды из «Послушайте!», обязательно «кому-нибудь нужно». Не всем, конечно. Но «кому-нибудь»  – обязательно и всегда.

 

Людмила АНИСАРОВА

 

«Самых высоких слов благодарности заслуживают все, кто принял участие в издании книги Александра Осипова. Саша был удивительным человеком, он очень любил детей, мне довелось участвовать с ним в одном проекте. Вначале 80-х на сцене Рязанского ТЮЗа вышел спектакль «Золотой ключик» в постановке заслуженного деятеля искусств России Сергея Кузьмина. Там работала команда замечательных актеров, сценографией занимался Вячеслав Рубанов. Я писал музыку к этому спектаклю, но нужны были песни с оригинальными текстами. Согласитесь, задача не из легких. Проблему решил Александр Осипов, именно он стал автором всех текстов, которые вдохновенно исполняли актеры. Спектакль имел огромный успех» - главный редактор «Областной Рязанской Газеты» Николай Кириллов.

Шинный центр

Фотогалерея

VK
FB