«Я б навеки пошёл за тобой…»

Редакция «Областной Рязанской Газеты» представляет свой новый совместный проект «Брянск – Рязань: пересечение судеб» и его автора Евгению Семёновну Ильченко

Евгения Семёновна родилась в Новосибирске, окончила Брянский технологический институт (сегодня – БГИТУ) и большую часть своей жизни прожила в Брянске. Но так уж сложилась судьба, что Рязань неоднократно вплеталась в её биографию. В течение 1968-1969 гг. она работала на производстве в Рязани и Брянске. Ветеран труда, она более 40 лет отдала проектно-строительной отрасли. Преподавала в Брянском институте управления и бизнеса. Возглавляла Совет ветеранов проектных организаций при Ассоциации СРО «Брянское Региональное Объединение Проектировщиков».

И при этом постоянно вела просветительскую работу в области сохранения историко-культурного наследия Брянщины и увековечения памяти выдающихся брянских архитекторов. Автор более 20 краеведческих изданий, посвящённых истории градостроительства Брянщины,в т.ч.монографии «Исторические города Брянского края» (а соавторстве с А.В.Городковым),

Евгения Ильченко член Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК). В её портфолио такие проекты, как «Беседы по истории архитектуры города Брянска», «Архитектурные образы Брянщины», «Творцы послевоенного Брянска. Зодчие 40-50-х гг. ХХ века», «История одной улицы или Брянская «золотая миля» и др.

Сейчас Евгения Семёновна живёт в Рязани. И снова увлечённо изучает город, его архитектуру, его прошлое. Она всматривается в старые здания, сохраняет в кадре их неповторимость и делится своими наблюдениями с читателями Рязанской областной газеты.

«С переездом из Брянска в Рязань мой краеведческий энтузиазм не пропал, – говорит Евгения Семеновна, – а переключился на поиски «пересечений» в истории двух древних городов, в том числе, выдающихся личностей. Таковыми стали Константин Паустовский, детство проведший в Брянском крае, а зрелые годы – в Рязанской Мещёре, Сергей Есенин и его муза Августа Миклашевская – прима Брянского гортеатра 1920-1930 годов и Рязанского драмтеатра в 1936 году, Фёдор Тютчев, родившийся благословенном Овстуге на Брянщине и Яков Полонский, уроженец Рязани – выдающиеся русские поэты, связанные многолетней дружбой и другие неожиданные «пересечения».

Мы открываем новый проект рассказом о музе Сергея Есенина – Августе Миклашевской.

Николай Кириллов, главный редактор «Областной Рязанской Газеты»

**************************************

«Я б навеки пошел за тобой … » — эти строки Сергей Есенин посвятил Августе Миклашевской, актрисе, чей жизненный путь не был усыпан розами, но чьё имя «словно августовская прохлада», вошло в историю русской культуры ХХ века.

Такая непростая судьба

Будущая актриса и муза Сергея Есенина Августа Миклашевская родилась 11 (23) января 1877 года в Ростове-на-Дону в семье инженера – путейца Владикавказской железной дороги Леонида Сергеевича Спирова. За «бескорыстную и верную службу отечеству» отец был пожалован дворянским титулом. В семье было 8 детей, и все они получили достойное образование, в том числе музыкальное.

Августа (близкие её звали – Гутя) обучалась в театральной школе при Ростовском драматическом театре, на сцене которого дебютировала в роли Софьи Фамусовой в спектакле по пьесе Грибоедова «Горе от ума».

В 1910 году она вышла замуж за Ивана Сергеевича Миклашевского, сына известного в Ростове нотариуса, но спустя несколько месяцев оставила мужа, порвала с семьёй и отправилась покорять Москву.

В первопрестольной Августа поступила в театральную школу Шора, где её увидел Александр Яковлевич Таиров и сразу же пригласил в создаваемый им «Камерный театр», примой которого была его жена Алиса Коонен. Вскоре после прихода в театр Миклашевской Коонен серьёзно заболела и молодую актрису срочно ввели на главную роль в спектакль «Сакунтале», с которой она прекрасно справилась. В следующем спектакле «Принцесса Брамбилла», Таиров уже сознательно дал главную роль Миклашевской. Спектакль имел огромный успех и на долгие годы стал визитной карточкой Камерного театра. Через год Августа получила роль афинской царевны Арикии в «Федре» Расина, спектакле, в котором Федру играла Коонен. Миклашевская становится второй примой Камерного театра после Коонен.

Интересно, что Есенин видел Миклашевскую в спектакле Камерного театра «Принцесса Брамбилла» в 1921 году и взахлёб советовал своим друзьям: «Нужно! Необходимо! Непременно посмотрите! Красочно, празднично! То самое, чем должно быть театральное зрелище!» В это время у него начинался бурный роман с Айседорой Дункан. В начале 1922 года они надолго уезжают за границу.

Молодую яркую актрису заметили кинематографисты. В течение года она снималась в фильмах «Барышня-крестьянка» (1916), «Плоды просвещения», «Украденная юность», «Психея», «Любовь монаха»(1917). Однако работа в театре всё же оставалась основной.

В 1917 году Таиров приглашает в театр балетмейстера Большого театра Льва Александровича Лащилина для обучения драматических актёров хореографии, которую планирует активно использовать в спектаклях. Между Августой и молодым обаятельным артистом балета вспыхивает бурный роман, оказавшийся роковым.

Личная жизнь не складывалась. Брак с Иваном Миклашевским, уже давно ставший формальностью, расторгнут, но долгие годы Иван Сергеевич остаётся её верным другом.

Августа свободна, но несвободен её возлюбленный. Семьи не получилось. 30 мая 1918 года у неё родился сын Игорь Львович Миклашевский. Самообман Гути постепенно рассеивался, душа застывала. Потухли когда-то светящиеся глаза. Всё, кроме сына, стало ей как-то безразлично. Загоралась она только на сцене.

Летом, когда её театр уехал на гастроли, Августа, мать двухмесячного ребёнка, подрабатывала в Театре миниатюр на Петровских линиях (здесь до революции выступал Александр Вертинский). Она одна воспитывала сына в те трудные голодные, холодные годы гражданской войны, НЭПа, строительства нового советского государства.

В феврале 1923 года Камерный театр отправился на длительные зарубежные гастроли. Поскольку взять с собой в поездку пятилетнего сына ей не разрешили, а оставить его было не с кем, Августа отказалась от поездки. Перед отъездом театра Миклашевская приходила доигрывать свои роли, которые уже были розданы другим актрисам. В своих воспоминаниях она так описала сложившуюся ситуацию: «У них каждый день шли усиленные репетиции. Я была обижена на Таирова. Таиров – на меня…».

Театр уехал во Францию, а Миклашевская осталась с сыном в Москве.

Жить было на что-то нужно. В НЭПмановской Москве в это время появляется множество ресторанов и других увеселительных заведений. Августа устраивается в кабаре «Не рыдай», где выступает с танцевальными и эстрадными номерами. Одновременно она играет в эстрадном театре «Острые углы». В этих заведениях любила собираться московская богема, так что она оказалась в знакомой ей среде, можно сказать, среди своих.

Я буду писать Вам стихи… Нежные

В августе 1923 года Есенин вернулся в Москву из-за границы. «Доволен больше всего тем, что вернулся в Советскую Россию», – писал он. Для поэта во многом утратили интерес его прежние литературные связи. Он всё больше пытается понять, осмыслить, что происходит в эти годы в России, во всём мире.

А вскоре после его возвращения и расставания с Айседорой Дункан произошло знакомство поэта с Августой Миклашевской. Вот что актриса написала об этом в своих воспоминаниях «Мои встречи с С.Есениным и думы о нём»: «Познакомила меня с Есениным актриса Московского Камерного театра Анна Борисовна Никритина, жена известного в то время имажиниста Анатолия Мариенгофа. Мы встретили поэта на улице… Тверской. Он шёл быстро, бледный, сосредоточенный… Сказал: «Иду мыть голову. Вызывают в Кремль». У него были красивые волосы – пышные, золотые… На меня он почти не взглянул <…> С Никритиной мы были дружны и связаны новой работой. У них-то по-настоящему я и встретилась с Есениным. Он жил в этой же квартире… Целый месяц мы встречались ежедневно. Очень много бродили по Москве, ездили за город и там подолгу гуляли. Была ранняя золотая осень. Под ногами шуршали жёлтые листья…

– Я с Вами, как гимназист… – тихо, с удивлением говорил мне Есенин и улыбался.

…Часто встречались в кафе поэтов «Стойло Пегаса» на Тверской, сидели вдвоём, тихо разговаривали… Как-то сидели в отдельном кабинете ресторана «Медведь» Мариенгоф, Никритина, Есенин и я. Он был какой-то притихший, задумчивый…

– Я буду писать Вам стихи.

Мариенгоф смеялся:

– Такие же, как Дункан?

– Нет, ей я буду писать нежные…»

Анатолий Мариенгоф, так же как и его супруга, восхищался «первой красавицей Камерного театра»: «Большая, статная. Мягко покачивались бёдра на длинных ногах. Не полная. Не тонкая. Античная, я бы сказал. Ну, Афродита, что ли. Голова, нос, рот, уши – точёные. Волосы цвета воробьиного крыла. <…> Глаза, поражающие в своём широком и свободном разрезе, безукоризненном по рисунку. Негромко говорила, негромко смеялась. Да нет, пожалуй, только пленительно улыбалась».

Вскоре Есенин напишет целый цикл чудесных стихов, посвящённых Августе Миклашевской, получивший название «Любовь хулигана» – один из лучших в его поэзии и в мировой лирике. Первые стихи поэтического венка из семи есенинских произведений были напечатаны в журнале «Красная нива»:

Заметался пожар голубой,
Позабылись родимые дали.
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить…
,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,
Я б навеки пошёл за тобой
Хоть в свои, хоть в чужие дали…
В первый раз я запел про любовь,
В первый раз отрекаюсь скандалить.

Казалось, в сердце поэта вернулась романтика юности. Он давно уже ни за кем так не ухаживал, и сам не заметив, серьёзно влюбился. Встречал Августу после репетиций, куда-то шли, иногда ужинали вместе. В нём родилась надежда, что любовь спасёт его от духовного кризиса. Он был готов забыть даже свою прошлую жизнь.

«Поэта удивляла её последовательная недоступность, но странным образом это и радовало – казалось каким-то таинственным, по настоящему поэтическим… Есенин при ней… вёл себя тише, мягче, говорил чуть слышно». (Захар Прилепин. «Сергей Есенин»).

«И вспомнилось мне, – писала Миклашевская, – как в день своего рождения… Есенин вышел к нам в крылатке и широком цилиндре, какой носил Пушкин. Вышел – и сконфузился. И было в нём столько милого, детского. И ничего кичливого, заносчивого. Взял меня под руку, чтобы идти, и тихо спросил: «Это очень смешно? Но мне так хотелось хоть чем-нибудь быть на него похожим.»

Любовь хулигана

Первая строфа второго стихотворения цикла – «Ты такая ж простая, как все, Как сто тысяч других в России…», отмечает литературовед А.А. Волков, – …начинает одну из основных тем цикла «Любовь хулигана», которой ещё нет в первом стихотворении. Это тема одиночества и, как казалось Есенину, близости судеб его и Миклашевской. Отсюда и строки: «Знаешь ты одинокий рассвет, Знаешь холод осени синей». В эту тему сначала вплетается мотив надежды, ожидания духовной близости, способной прогнать тоску».

В стихотворениях «Пускай ты выпита другим…», «Дорогая, сядем рядом…» есть и исповедальные строки, и горькие слова сомнения в себе, возможности обретения душевного равновесия, и грустные вспоминания поэта о родных местах:

Дорогая, сядем рядом,
Поглядим в глаза друг другу.
Я хочу под кротким взглядом
Слушать чувственную вьюгу.
Это золото осенье,
Эта прядь волос белесых —
Всё явилось, как спасенье
Беспокойного повесы…

А. Л. Миклашевская, вспоминая свои взаимоотношения с Есениным, признавалась: «Я понимала, что переделывать его не нужно! Просто надо помочь ему быть самим собой. Я не смогла этого сделать. Слишком много времени приходилось тратить, чтобы заработать на жизнь моего семейства. О моих затруднениях Есенин ничего не знал. Я зарабатывала концертами. Мы продолжали встречаться, но уже не каждый день. Начались репетиции в театре «Острые углы». Чаще всего встречались в кафе, каждое новое стихотворение он тихо читал мне».

Есенина поразила не столько внешняя, сколько внутренняя красота чувств Миклашевской. Он увидел в ней судьбу многих русских женщин: «Ты такая ж простая, как все, Как сто тысяч других в России», способных с достоинством встречать в своей жизни «одинокий рассвет» и «холод осени синий».

Встреча с Миклашевской принесла Сергею Есенину тихую грусть, сожаление о том, что себя «не сберёг» для иных чувств и творческих свершений:

Мне грустно на тебя смотреть,
Какая боль, какая жалость!
Знать, только ивовая медь
Нам в сентябре с тобой осталась…

Из воспоминаний А. Л. Миклашевской: «Мы встречались с Есениным всё реже и реже. Увидев меня однажды на улице, он соскочил с извозчика, подбежал ко мне: – Прожил с вами уже всю нашу жизнь. Написал последнее стихотворение:

Вечер чёрные брови насопил.
Чьи-то кони стоят у двора.
Не вчера ли я молодость пропил?
Разлюбил ли тебя не вчера?…
……………………………………
Расскажу, как текла былая
Наша жизнь, что былой не была…
Голова ль ты моя удалая,
До чего ж ты меня довела?

Как всегда тихо прочитал всё стихотворение и повторил: «Наша жизнь, что былой не была…»

Уже в преклонном возрасте Августа Леонидовна с грустью объясняла причину расставания её с поэтом: «Последние годы Есенин спешил, как будто знал, что ему мало осталось жить. Я же устала от жизни и не умела торопиться. В этом моя главная вина перед ним».

Позже Есенин прислал Миклашевской из Баку экземпляр «Москвы кабацкой» с надписью: «Милой Августе Леонидовне со всеми нежными чувствами, которые выражены в этой книге. 24.03.25 г.». Известно, что Есенин намеревался также издать монографию, посвящённую творческой биографии актрисы …

Уже в 1965 году в своих опубликованных воспоминаниях «Мои встречи с С.Есениным и думы о нём» (неопубликованная книга) Миклашевская писала: «Я видела, как ему трудно, плохо, как он одинок. Понимала, что виноваты и я, и многие ценившие и любившие его. Никто из нас не помог ему по-настоящему. Он тянулся, шёл к нам. С ним было трудно, и мы отходили в сторону, оставляя его одного».

Последние минуты с поэтом – день его похорон: «Когда я шла за закрытым гробом, казалось, одно желание было у меня – увидеть его волосы, погладить их..»

Брянский гостеатр

Когда в 1926 году из гастролей по европейским городам вернулся Камерный театр, Миклашевская не увидела свою фамилию в списках, занятых в репертуаре. Таиров не простил ей отказа от поездки, поставившего его перед необходимостью срочного ввода новых исполнителей. Ничего не выясняя, она подала заявление об увольнении. Неудовлетворённость творческой жизнью и неустроенность личной привели Миклашевскую на актёрскую «биржу»…

Так она получила направление в труппу первого Брянского государственного театра. Открытие нового театра было приурочено к 7 ноября 1926 года.

После торжественного собрания, состоялся спектакль по пьесе Н.Н. Лернера «Николай I и декабристы» («Декабристы»). Им же 14 ноября открылся и первый театральный сезон. Здание театра, входившего в комплекс одного из первых в стране Дома Советов, построенного по проекту московского архитектора А.З.Гринберга, стало первым в истории города помещением, реально отвечающим сценическим задачам. Зал, рассчитанный на 1200 мест, включал партер, два яруса, большую сцену, которая позволяла ставить не только драматические, но и оперные спектакли.

Первая труппа Брянского гостеатра состояла из 25 актёров московских театров. За театральный сезон 1926/1927 в Брянске и Бежице труппа поставила 46 спектаклей: русской классики («Горе от ума» А. Грибоедова, «Гроза» и «Лес» А.Н.Островского, «На дне» М.Горького), европейской классики («Коварство и Любовь» Ф.Шиллера, «Тартюф» Ж.-Б.Мольера) и нарождающейся советской драматургии («Мандат» Н.Эрмлера, «Виринея» Л.Сейфулиной, «Любовь Яровая» К.Тренёва и др).

И почти во всех спектаклях, поставленных главным режиссёром театра В.А.Чиркиным, играла есенинская муза Августа Миклашевская. С небольшим перерывом (работала в Московском передвижном театре) она прослужила в Брянском гостеатре до 1932 года. Актриса запомнилась зрителям в роли Пановой по пьесе Тренёва «Любовь Яровая», в спектаклях «Её путь», «Шут на троне», «На дне» и других.

После Брянска Августа Леонидовна работала в драматических театрах Ижевска, Кирова, Рязани. И только Осенью 1943 года Алексей Яковлевич Таиров вернул её в свой театр.

Рязанский драмтеатр

В октябре 1936 года по приглашению художественного руководителя Рязанского городского драматического театра Миклашевская приезжает в Рязань. В театре шли спектакли русского и мирового классического репертуара. Актрису привлекла работа в городе, связанном с именем Сергея Есенина.

Районная газета «Ленинский путь» от 26.10.1936 г. писала «28 октября в гортеатре идёт драма «Анна Каренина» по одноимённому роману А.Н.Толстого, инсценированная профессором С.Н.Дурылиным. В роли Анны Карениной впервые на сцене нашего театра выступает актриса Августа Миклашевская – воспитанница Московского Камерного театра». Спектакль и игра исполнительницы главной роли получили положительную оценку театральных критиков, по мнению которых успеху постановки в рязанском театре содействовала, главным образом, игра арт. А. Л. Миклашевской…»

Миклашевская прекрасно играла не только в классических постановках, но и пьесах на современные темы, таких как «Аристократы» Н. Погодина и «Банкир» А. Корнейчука. К 100-летию со дня смерти А. С. Пушкина на сцене театра была поставлена трагедия «Борис Годунов», где Августа блистала в роли Марии Мнишек. Она обладала талантом, богатым артистическим опытом, большой работоспособностью, ответственностью и требовательностью к себе.

Лариса в «Бесприданнице» А. Н. Островского, Рашель в «Вассе Железновой» и Василиса в спектакле «На дне» по пьесам А. М. Горького, Анна – королева Англии в «Стакане воды» А. Скриба, баронесса Штраль в «Маскараде» М. Ю. Лермонтова, Кручинина в спектакле «Без вины виноватые», Любовь Яровая в одноимённой пьесе К. Тренёва – вот неполный список разноплановых ролей, блестяще сыгранных ведущей актрисой труппы Августой Миклашевской.

Как пишет рязанский краевед, исследователь творчества А.Л.Миклашевской Юрий Блудов, в музее Рязанского драмтеатра сохранилась запись известной рязанской журналистки Е. М. Карпельцевой, датированная 1987-м годом. Она пишет: «…Память сохранила несколько имён, которые украшали афиши, актёров, которые были любимцами у нас – студентов той поры. Среди них особенно ярко сияет имя Августы Миклашевской…Она была буквально кумиром многих зрителей… Для меня лично именно с этих спектаклей и зародилась любовь к театру, которую я пронесла через всю жизнь».

По окончании театрального сезона А.Л.Миклашевская простилась с рязанской сценой. Впереди у неё была Москва, новое признание столичного зрителя.

В 1945-м за творческую и общественную работу в театрах страны А. Л. Миклашевской было присвоено звание заслуженной артистки РСФСР. В 1946-м её наградили медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

30 июня 1977 года Августа Миклашевская ушла из жизни. На похороны пришли сотни поклонников, читали посвящённые ей стихи Есенина. Последнее пристанище звезды театральной Москвы 1920-х – колумбарий Ваганьковского кладбища. На этом же кладбище покоится Сергей Есенин.

Августа Леонидовна Миклашевская прожила долгую, непростую, наполненную творчеством жизнь. До конца своих дней она свято хранила память о каждой встрече с Есениным.

На том месте, где они впервые повстречались, теперь стоит памятник Есенину и ещё далёкой ранней осени, навсегда связавшей поэта и актрису.

Сын Августы Леонидовны – Игорь Львович Миклашевский (1918-1990), советский спортсмен, чемпион Ленинграда по боксу в среднем весе (1941), участник Великой Отечественной войны, разведчик НКВД во время войны и после неё, тренер, спортивный судья.

P.S. В апреле 2024 года я впервые побывала на родине Сергея Есенина – в селе Константиново. Фрагмент своих впечатлений, дополняющий статью об Августе Миклашевской , привожу ниже.

«Мы все в эти годы любили, Но, значит, Любили и нас.»

На территории бывшей усадьбы Кашиных сохранилось несколько построек конца ХIХ – нач. ХХ вв.– усадебный дом, каретный двор, баня, амбар и оранжерея .

Изящной архитектуры каменный двухэтажный дом с мезонином, выходящим на балкон, флюгерами на крыше, с деревянной террасой, угловой оригинальной конфигурации беседкой меня просто очаровал. Теперь это музей поэмы Сергея Есенина «Анна Снегина», наиболее значительного произведение поэта, написанного во время поездки на Кавказ и оконченного в Батуми в январе 1925 года.

Дом с мезонином
Немного присел на фасад.
Волнующе пахнет жасмином
Плетнёвый его палисад…

Впервые Сергей Есенин в этом доме побывал в 1916 году, благодаря своему другу Тимоше Данилину, воспитателю детей Лидии Ивановны.

Сын Кашиной, Г. Н. Кашин, вспоминал, что летом 1917 г. в доме Кашиной устраивались литературные вечера и домашние спектакли, которые иногда посещал Есенин.

Молодая, красивая, передовых взглядов образованная женщина не могла не привлечь внимание поэта. Она стала прототипом героини поэмы Анны Снегиной, но не единственным. Лидии Кашиной Есенин посвятил и нежное стихотворение:

Зелёная причёска,
Девическая грудь,
О тонкая берёзка,
Что загляделась в пруд?…

Есенин назвал свою героиню Анной в память о своём юношеском увлечении Анной Александровной Сардановской, внучатой племянницей отца Иоанна – священника церкви Казанской иконы Божьей матери в с. Константиново.

Но самые удивительные ассоциации связаны с третьей женщиной, которая «дала» есенинской героине не только фамилию и сюжет, но и привела за собой других героев. Эта женщина – писательница, автор нескольких книг – Ольга Павловна Сно, которая подписывала свои произведения – «О. П. Снегина».

Усадебный дом сохранился в 1920-е годы благодаря заступничеству Сергея Александровича Есенина, хотя отошёл для нужд села и не раз изменял планировку. О том, как разорялись в те годы усадьбы поэт хлёстко написал в поэме:

Эх, удаль!
Цветение в далях!
Недаром чумазый сброд
Играл по дворам на роялях
Коровам тамбовский фокстрот.
За хлеб, за овёс, за картошку
Мужик залучил граммофон, –
Слюнявя козлиную ножку,
Танго себе слушает он…

И вот вхожу в дом… В цокольном этаже «людская» и хозяйственные помещения, На первом и втором этажах анфилада светлых комнат с цветами в горшках на подоконниках… Здесь воссозданы интерьеры дворянского усадебного дома с кафельной печью, традиционной мебелью, граммофоном, комнатным роялем, изящным зеркалом в комнате хозяйки (такое было у моей бабушки), накрытым к чаю столом. Старинные семейные фотографии, книги с дарственной надписью Л. И. Кашиной, её личные вещи. Предметы быта того времени вернулись из небытия и создали не только портрет хозяйки дома и близких ей людей, но и образ героини литературного произведения. Много фотографий Сергея Есенина в кругу друзей, его рукописи и личные вещи – пепельница, чернильница, пресс-папье, карандаш…

По красивой деревянной лестнице поднимаюсь в мезонин. С балкона виден ещё неоперившийся сад и Ока с заливными лугами. В мезонине два зала. В первом – всё, что связано с поэмой «Анна Снегина»: афиши Кировского театра оперы и балета (сегодня Мариинский), на сцене которого в 1967 г. была поставлена одноимённая опера (композитор Владислав Агафонников), эскизы костюмов, рукопись Есенина, фотографии… Первые издания поэмы с иллюстрациями, театральная мебель и костюмы героев .

В 1969 году на телевидении был снят фильм-спектакль по мотивам поэмы с Виталием Безруковым (Сергей Есенин) и Ёлой Санько (Анна) в главных ролях. Вокальные партии исполняли оперные артисты. Надо сказать, что в 1950-1960 годы на советском телевидении было снято немало фильмов-спектаклей, особенно Малого театра, что давало счастливую возможность в любом уголке страны приобщиться к театральному искусству. Широким экраном выходили и полнометражные фильмы-оперы и фильмы-балеты. Прекрасно помню фильм-оперу «Евгений Онегин» и фильм – балет «Ромео и Джульетта» с Галиной Улановой.

Ну, а во втором зале мезонина меня ждал настоящий сюрприз – экспозиция фотографий и личных вещей Августы Миклашевской, актрисы, музы Сергея Есенина. Жизненный путь актрисы не был усыпан розами, но её имя – «словно августовская прохлада», вошло в историю русской культуры ХХ века. ..

Как замечательно, что константиновские музейщики «соединили» двух неординарных женщин – Лидию Кашину (Анну Снегину) и Августу Миклашевскую, чьи встречи с Сергеем Есениным подарили нам прекрасную поэзию.

Августа Леонидовна Миклашевская на склоне лет в 1970 году в дар музею С.А.Есенина преподнесла свою машинописную книгу «Мои встречи с С.Есениным и думы о нём». Книга находится в витрине, рядом старинный стакан– карандашница и автограф автора:

«Нельзя Есенина как-то однобоко надуманно изобретать. В нём много доброго, умного, разного. О нём бесконечно можно спорить. Нельзя ограничивать его своими домыслами. Потом он может быть чувствовал, что он недолго будет жить и торопился, а я устала от жизни»…

Евгения ИЛЬЧЕНКО
Фото из открытых источников.
Коллажи автора.