Самир Гараев – человек мира
Современный мир считается цивилизованным, но, к сожалению, споров и конфликтов от этого не становится меньше, а наоборот – только увеличивается
Журналисты «Областной Рязанской Газеты» поговорили со специалистом по разрешению конфликтных ситуаций, доцентом кафедры Управления человеческими ресурсами Рязанского института развития образования, главным внештатным медиатором-психологом Министерства образования и молодёжной политики Рязанской области, исследователем и практикующим тренером-этномедиатором и медиатором международного класса Самиром Гараевым.
– Самир Нариманович, давайте начнём разговор с истоков. Где и когда вы родились? Как прошло ваше детство?
– Родился я 27 июня 1974 г. в г. Закаталы республики Азербайджан СССР в многодетной семье рабочего и служащей. Папа был строителем, мама – учительницей. В 1980 году поступил в среднюю азербайджанскую школу-интернат № 2 г. Закаталы. В 1990 году окончил 11 классов. Видя, как нуждается моя семья, чтобы помочь материально родителям, как старший сын в семье, стал подрабатывать помощником автослесаря. Всего в семье нас четверо: двое братьев и две сестры.
– 90-годы – время развала ранее могучей и единой страны. Как вы пережили крушение СССР?
– Когда СССР стал разваливаться, я понял, что у меня нет абсолютно никаких перспектив получения образования в гуманитарном направлении и в научной сфере в родном городе. Поэтому я поехал в Россию в Рязань к своему родному дяде Фарруху Атауллаховичу Мусаеву. Он – доктор сельскохозяйственных наук, заслуженный работник сельского хозяйства Российской Федерации, профессор Рязанского государственного агротехнического университета им. П.А. Костычева, действительный член Международной академии реальной экономики и Российской народной академии наук, Академик Российской Академии Естествознания. В Рязани он живёт с начала 70-х годов. В 1976 году окончил Рязанский сельскохозяйственный институт по специальности «Ветеринария» и всю свою жизнь, карьеру строил именно в Рязани. И добился колоссальных успехов.
Когда я приехал к нему – я практически не знал русский, не говорил на нём. Несмотря на то, что учился ещё в советской школе, тем не менее, русский язык преподавался как иностранный, и на его занятия выделялось очень мало часов.
Конечно, когда дядя – известный учёный, необходимо ему соответствовать. По крайней мере – не подвести его. И я старался, учился, осваивал, по сути, с нуля, русский язык. Учился разговаривать, писать, читать на нём. Его личный пример, а также цель стать полезным и достойным членом нашего общества сподвигли меня получить профессиональное образование, выучить русский язык, традиции, культуру, обычаи русского и других народов, проживающих в России.
Хотя не скрою – было нелегко. Дядя – человек строгих правил. Он довольно жёстко следил за мной. Вплоть до того, что уезжал из дома только тогда, когда я засыпал. От его строгости я даже взбунтовался и уехал обратно в Азербайджан. И там… меня забрали в армию. Повезло, что призвали в Военно-морской флот. Проходил срочную военную службу с 1992 по 1994 год в г. Баку в звании старшего матроса.
Демобилизовавшись из армии, вернулся в Рязань. Уже позже, с течением времени, осознал, что дядя своей строгостью сделал самое главное для меня – уберёг от криминальной дорожки, не дал попасть под влияние бандитов.
– Наверняка, чувствовалась разница и в климате. Как проходила адаптация?
– Да, по сравнению с Азербайджаном, здесь суровый климат. Тоже непросто привыкал. Но я был очень сильно мотивирован. Я поступил на заочное отделение Рязанского государственного педагогического университета им. С.А. Есенина по специальности «юриспруденция» и успешно его окончил в 2001 году.
Ещё учась в вузе, устроился на государственную службу. Начал с простого водителя в районном суде, постепенно продвигался по карьерной лестнице. В 1999 году меня назначили на должность судебного пристава-исполнителя. В 2001 году за добросовестную работу был переведён в подразделение судебных приставов №30 в Рязань на должность судебного пристава-исполнителя по особым исполнительным производствам.
После окончания Рязанского педагогического университета с 2002 года по 2006 год работал руководителем межрайонного отдела по особым исполнительным производствам Управления Федеральной службы судебных приставов по Рязанской области.
В 2006 году губернатор Рязанской области Георгий Шпак пригласил меня на должность консультанта инспекторского отдела контрольного управления аппарата губернатора и правительства Рязанской области. В тот период очень нужен был специалист, который разбирался бы во взыскании налоговых сборов по пополнению бюджета. Моя задача была – проведение проверки муниципальных образований, легализация теневой части дохода.Отработал там два с половиной года.
В 2009 году защитил кандидатскую диссертацию на кафедре национальных и федеративных отношений.
Работая судебным приставом, я видел, что суд выносит решение по спору, но конфликт-то остаётся.
– И вы заинтересовались медиацией?
– Да, я узнал о том, что в стадии принятия находится Федеральный закон № 193 о медиации. А я всю жизнь стремился быть таким человеком, который миром решает все вопросы. Потому что работал и в суде, и в системе судебных приставов, и видел, что когда принимается судебное решение, оно порой создаёт ещё проблемы. А решение миром приводит к тому, что все стороны получают то, что хотят.
– Поясните, пожалуйста, для наших читателей: что такое медиация, в чём её цель?
– Цель медиации – помочь сторонам спора в достижении согласия и принятии решения, которое бы устраивало всех. Медиатор в этой процедуре выступает посредником. Он помогает обеим сторонам конфликта найти компромисс.
Обращаю внимание: медиатор – это посредник, который помогает урегулировать разногласия, но не решает их сам: не высказывает своего мнения о том, как нужно завершить спор, и не принимает итогового решения по нему. Он налаживает связь между конфликтующими сторонами. Прежде всего, выясняет причины раздора, позиции сторон, их реальные интересы. Потом помогает найти выход из ситуации и выработать решение, которое устроило бы всех.
Значение медиатора заключается в грамотном построении переговоров, в выборе вопросов сторонам, чтобы они смогли сами разобраться в конфликте и достичь согласия.
Главное отличие медиации от судебного решения в том, что стороны самостоятельно выбирают варианты выхода из конфликта. Медиатор не может их к чему-либо принуждать или пытаться убедить принять свою точку зрения. Медиатор – человек нейтральный, человек мира.
Ну и, конечно, главный принцип медиатора – это конфиденциальность процесса.
– И вы пошли учиться на медиатора?
– Да, я освоил особенности тренера-медиатора. Отучился и получил статус профессионального медиатора. Соответственно, пришлось уйти с государственной службы. Открыл свой центр медиации и права. Начал активно развивать медиацию не только в России, но и в других зарубежных странах: Казахстане, Беларуси, Азербайджане. Стал осваивать новые технологии медиации в семейных, межличностных и бизнес отношениях.
В 2019 году начали внедрять медиацию для решения публично-правовых вопросов. Уже внесено много изменений в ФЗ № 193. Теперь гражданам дали возможность возврата госпошлины. Медиативное соглашение удостоверяется нотариально, для того чтобы имело силу судебного акта.
– Кто-нибудь в Рязани поддержал ваше желание развивать медиацию?
– В стремлении развивать медиацию в Рязани меня очень поддержал ректор Рязанского института развития образования Андрей Анатольевич Кашаев, за что я ему очень благодарен.
![](https://rg62.info/wp-content/uploads/2024/03/2-4.jpg)
Самир Гараев, Андрей Кашаев и Анатолий Мюзикин
На базе РИРО выделили отдельный кабинет. Утвердили учебную программу, начали готовить медиаторов. На сегодняшний момент уже выпустили 13 профессиональных медиаторов. Стали внедрять медиативные технологии для государственных и муниципальных служащих, которые проходили курсы повышения квалификации в РИРО.
Для меня главное – не читать лекции, а провести тренинг. Ведь, согласитесь, невозможно научиться ездить на машине, читая книжки. Нужна практика вождения под руководством инструктора. Так и здесь. Я провожу тренинги, показываю медиацию на наглядных примерах.
Закон о медиации был принят в 2010 году, а в 2011 году он начал полноправно действовать. С 2010 года – уже почти 15 лет мы этот институт развиваем. Проблема в том, что не хватает медиаторов. А чтобы подготовить полноценного медиатора требуется время. Нельзя сказать, что медиация в Рязани развивается шикарно, но, безусловно, есть положительные моменты. Медиацию уже внедрили в некоторые отрасли Рязанской области. Если сравнивать, что было 5-10 лет назад и что есть сейчас, то, безусловно, разница очень большая.
![](https://rg62.info/wp-content/uploads/2024/03/4-1.jpg)
Выпуск медиаторов в РИРО
– А с какими конфликтами к вам больше обращаются: семейными, рабочими или бизнес проблемами?
– Последнее время больше обращений с семейными конфликтами. Муж с женой развелись, брак хоть и прекратили, а отношения-то не заканчиваются. Здесь возникает необходимость в специалисте, который поможет разрешить возникший конфликт.
Медиатор «переключает» человека с эмоционального состояния на разумное. Ведь когда человек находится в эмоционально возбуждённом состоянии, то разум отключается, контроль над собой теряется и ничего не получается.
– Вы являетесь руководителем региональных проектов: «Добрые цыгане Рязани», «Этнокультурный мир», «Рязань без экстремизма», «Межнациональный МИР», «МИР в наших руках» целью которых является содействие гармонизации межнациональных отношений. А вам приходилось решать конфликты между цыганами и жителями? Ведь в Рязани проживает довольно много цыган.
– Да, мной был впервые применён медиативный подход в качестве этномедиатора для разрешения конфликта между цыганами, местными жителями, органами местного самоуправления и ресурсоснабжающими организациями, в результате чего был урегулирован межэтнический конфликт. Мы нашли компромисс.
С применением этномедиации постоянно разрешаются многочисленные конфликты, в том числе между различными этносами и группами людей, проживающими в разных регионах России. Например, семейные конфликты между мужем-аварцем и русской женой, между русским врачом, которую обвиняли в бездействии при гибели пациента из Азербайджана, якобы недостаточное внимание к пациенту из-за его национальности, между русским учителем и школьником-татарином, якобы предвзятое отношение педагога к учащемуся и из-за национальной принадлежности и т.д.
Данную методику я распространяю в других регионах России, как эффективный инновационный способ разрешения конфликтов на межэтнической почве: в Саратовской области, Краснодарском крае, Мурманской области, Липецкой области, Тульской области, Воронежской области, Ханты-Мансийском автономном округе, Иркутской области, Белгородской области, Владимирской области, в г. Москве и Московской области, а также в Республиках Азербайджан, Беларусь, Казахстан.
– Насколько я знаю, в рязанских школах тоже начали внедрять медиацию.
– Да, по внедрению медиации в школы есть рекомендательное письмо и предложение Министерства образования России. Ещё в 2013 году рекомендации о создании службы школьной медиации были направлены во все образовательные организации. Ведь ни для кого не секрет, что дети конфликтуют между собой, родители — со школой, учителя между собой. Конфликт возникает между учеником и охранником, между учениками и родителями и т.д. Правило: «учитель всегда прав» – сегодня уже не работает.
Вот для этого государство предложило обществу быстрый и эффективный способ урегулирования конфликтов. Хотите судиться – идите в суд. Хотите миром решить – вот Федеральный закон.
Раньше договариваться самим не разрешалось. А теперь – пожалуйста, хотите договориться – договаривайтесь. Однако не в углах встречайтесь, а пригласите специалистов и зафиксируйте договорённости. Это будет законно.
Был интересный случай. Мы обучали медиации детей в школе № 47. И вот, через несколько дней после окончания обучения мне звонят из школы и говорят, что родители одной ученицы хотят со мной встретиться. Я подумал, что что-то случилось. Приезжаю. Смотрю, а мама, папа и дочка подходят ко мне радостные, благодарные, с цветами и конфетами. И они рассказали, что были на грани развода. А дочка пришла и говорит: «Мама, папа, садитесь. Я правильно понимаю: вы хотите разбежаться?» Они: «Да». Она: «А вот вы обо мне подумали? Как я буду жить без папы, без мамы? Я же понимаю, что если вы разойдётесь, папы или мамы не будет, а я этого не хочу. Вы обязаны до моего совершеннолетия жить вместе. Я же вас не просила, чтобы вы меня родили». И этот разговор на них очень сильно повлиял. Дочка их примирила. Живут до сих пор. Девочка тогда училась в седьмом классе.
– Расскажите про вашу семью…
– Когда работал в Рыбновском суде, то познакомился со своей будущей женой Ольгой. Она тоже там работала. Сейчас она нотариус. В 2000 году мы поженились. У нас родились две прекрасные дочки: старшая Эльмира, младшая Диана.
Старшая учится на шестом курсе Рязанского государственного медуниверситета, в этом году будет защищать диплом. Младшая учится в строительном колледже на дизайнера.
– Приходилось ли вам применять медиацию дома для разрешения какой-либо ситуации?
– Да, конечно. Однажды приехал с учёбы домой. Жена возмущённая ходит. Дочки потеряли золотое кольцо, которое я ей подарил. Три дня она пыталась у них узнать, куда делось кольцо, и всё безуспешно. Я поговорил с ними, и буквально через 10 минут младшая показала, что кольцо упало за батарею.
Я и старшую, и младшую дочек брал с собой на тренинги. Иногда бывает, что старшая дочка также применяет медиацию, когда у нас с женой возникают разногласия.
– А в уголовных делах применяется медиация?
– Да, применяем. Но, конечно, не во всех. Это преступления небольшой и средней тяжести, совершённые впервые.
Согласно главе 25 УПК и статье 76 Уголовного кодекса, лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причинённый потерпевшему вред. Дознаватель имеет право прекратить уголовное дело, если стороны примирились.
А момент примирения-то где? В этом случае как раз основанием является примирительный договор с участием медиатора, где написано, что стороны совместно с участием медиаторов провели примирительные встречи. Одна сторона признала свою ошибку и просила прощения, другая сторона простила. Стороны претензий друг к другу не имеют. В качестве заглаживания вины и восстановления отношений одна сторона другой выплачивает компенсацию, например, 200 тысяч рублей. Это фиксируется, подписывается сторонами, и этот примирительный договор передаётся в органы дознания. Следователь прекращает уголовное дело.
Я уже более 10 лет занимаюсь развитием медиации. Провёл более 700 медиативных сессий. У меня в этом деле большой опыт по разным спорам.
Всех призываю: не доводите конфликт до суда, приходите, поговорим, найдём мирный выход решения ситуации. Это в ваших интересах!
И ещё хочу сказать, что я очень благодарен России за её гостеприимство,благодарен всем тем людям, которые помогали мне, поддерживали меня. Именно в Рязани я стал профессионалом своего дела, уважаемым человеком, добился значительных высот.
Россия стала моей второй Родиной.
Лариса КОМРАКОВА
Фото: из архива Самира Гараева