«Золотой» брат
Как Агарон Меликян оформил на себя бизнес-империю беглого брата-миллиардера и почему за решеткой оказались те, кто пытался противостоять беззаконию
Сегодня мы продолжаем расследование «ОРГ» о непростой семье Меликян. История эта начиналась на рязанской земле в одном из красивейших ее городков — Спасске. В тех местах, где когда-то стоял древний город Старая Рязань, геройски встретивший в 1237-м году нашествие войск Хана Батыя.
Амбарцум Меликян
В наши дни этот славный городок успешно развивается. Но случаются и испытания, вызванные потугами «незваных пришельцев». В декабре 2024 г. наша редакция опубликовала расследование под заголовком «Как Амбарцум Меликян решил построить десять бань. В Спасском монастыре».
В материале мы рассказывали о том, как Амбарцум Меликян — персонаж, известный в том же Спасске, объявленный в международный розыск за хищение миллиардов из рухнувшего «Актив Капитал Банка», укравший бюджетные деньги по госконтракту с МинЭнерго и натворивший еще множество незаконных деяний, преспокойненько развлекается в Рязанской области. Поставили главный вопрос: куда смотрит правоохранительная система? Тогда мы показали лишь верхушку айсберга.
Сегодня — документальная часть истории о том, как через уголовное дело отбирается торговый комплекс площадью около 7 000 кв. м в Москве, как в этом задействован человек, которого судят заочно за хищения миллиардов рублей, и почему за решёткой оказываются те, кто просто пытался остановить беззаконие.
Странная арифметика
Итак, мы изложим коротко новые события и факты, а также представим читателю новых фигурантов, описанной ранее истории. Но самое главное: поставим остро ряд важнейших вопросов, в том числе и перед правоохранительной системой.
Начнём с того, что в 2012 году Агарон Меликян и Мери Гагиковна Карапетян стали равными партнёрами в ООО «Компания ИКО», владевшем торговым комплексом на Вятской улице в Москве. Спустя три года, в июле 2015-го, Агарон добровольно вышел из состава участников. Всё было оформлено у нотариуса: заявление, подпись, печать. Позже он пошёл в Арбитражный суд Москвы — но не оспаривать сделку, а требовать компенсацию. И запросил ни много ни мало — 1 миллиард 255 миллионов 761 тысячу рублей, ссылаясь на отчёт оценщиков ООО «БлицСервис».
Арбитражный суд Москвы оказался дотошнее. Судья Жура назначила судебную экспертизу, и выяснилось удивительное: действительная стоимость той самой доли — 5 миллионов 724 тысячи 500 рублей. Ровно в 219 раз меньше, чем просил Меликян. В решении суда от 14 июля 2017 года чёрным по белому написано:
«Представленный истцом отчёт № 58/16-о от 31.12.2014 суд отклоняет, поскольку лица, производившие оценку, не предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; результаты оценки опровергаются заключением судебной экспертизы и не могут быть положены в основу решения».
Плюс ко всему, суд установил, что Меликян сам же подтвердил факт подписания документов о выходе — у нотариуса Стрюкова, в августе 2015 года. Более того, в ходе проверки заявления о фальсификации, которое Меликян подавал в арбитраж, суд признал его необоснованным: доводы истца «опровергнуты представленными ответчиком доказательствами», а само заявление признано «противоречащим позиции, изложенной ранее, в том числе в судебном заседании 21.09.2016».
Три инстанции арбитража подтвердили: сделка законна, компенсация — 5,7 млн руб. Но Меликян не остановился.
«У меня украли долю»: как арбитраж и уголовное дело не подружились
В 2017 году, спустя два года после добровольного выхода, Агарон Меликян обратился в УВД. И там появилось уголовное дело № 11701450009000536 — якобы у него украли 50% доли в «Компании ИКО». Ущерб, разумеется, оценили в те самые 1,255 миллиарда рублей. Дело возбудили 20 июня 2017 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.
Почему-то дело возбудили в САО, тогда как должны были возбудить в СЗАО, так как 46-я налоговая, где происходит регистрация, находится именно в СЗАО. Таким образом по жалобе семьи дело передали в СЗАО.
Следователь Кантария В.В. допрашивал свидетелей, назначал экспертизы. И вот что выяснилось.
Во-первых, сам Меликян в арбитражном суде настаивал, что со сделкой согласен. В решении от 14 июля 2017 года зафиксировано: «Согласно удостоверенному нотариусом г. Москвы Стрюковым Л.Л. заявлению Меликяна А.Р. от 05.08.2015, Меликян А.Р. подтвердил факт подписания и подачи 14.07.2015 в ООО «Компания ИКО» заявления о выходе из общества… а также собственноручно подписывался протокол №2 общего собрания участников ООО «Компания ИКО» о выходе из общества и перераспределении долей». Сам нотариус Стрюков Л.Л. на допросе показал: «В случае, если бы у него были сомнения в дееспособности Меликяна А.Р. или возникли основания полагать, что тот действует по принуждению, он бы отказал в совершении нотариального действия». То есть нотариус лично удостоверил: человек пришёл добровольно, понимал, что подписывает.
Агарон Меликян
Во-вторых, экспертиза подписей дала странный результат. Заключение эксперта № 2962 от 30 ноября 2017 года: подписи в документах, изъятых у Карапетян К.Г., — «выполнены, вероятно, Меликяном Агароном Рафиковичем». А подписи в тех же документах, но изъятых в МИ ФНС России № 46 по г. Москве, — «выполнены не Меликяном Агароном Рафиковичем, а другим лицом». При этом решить вопрос, кем именно — Карапетян М.Г. или иным лицом — выполнены подписи в налоговых документах, экспертам не представилось возможным. То есть одна и та же подпись в одном экземпляре — вероятно, Меликяна, в другом — не Меликяна. И кто это «другое лицо» — неизвестно.
В-третьих, свидетель Меркулова В.Д., бывший генеральный директор «Компании ИКО», рассказала: «Сам Меликян Агарон никакого участия в деятельности Общества не принимал, она его видела всего два раза. Все указания по деятельности Общества она получала от Меликяна Амбарцума Рафиковича и Джапаняна Роберта Саргисовича». Она же сообщила, что вся бухгалтерия Общества велась в ООО «Строительная компания 2000», а все платежи и движения по счетам осуществлялись сотрудниками этой компании. «Она не имела доступа к расчётному счёту Общества», — зафиксировано в постановлении.
Итог: 7 декабря 2018 года уголовное дело прекратили за отсутствием события преступления. Следователь Кантария написал прямо: «В ходе следствия не было добыто доказательств, подтверждающих наличие у Карапетян К.Г., Карапетян М.Г. или иных лиц корыстного умысла на хищение имущества — 50% долей ООО «Компания ИКО», принадлежащих Меликяну А.Р.». И далее: «Взаимоотношения между Меликян А.Р. и Карапетян К.Г., Карапетян М.Г. и ООО «Компания ИКО» носят гражданско-правовой характер и подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства».
Отдельно следователь отметил: «несмотря на предоставление в МИФНС России №46 по г. Москве документов о выходе Меликяна А.Р. из состава участников ООО «Компания ИКО», подписанных не Меликяном А.Р., не образует состава преступления, так как волеизъявление Меликяна А.Р. о выходе из состава участников и указанное в заявлении нашло своё подтверждение в ходе предварительного расследования».
Дело закрыли. Точка. Но не тут-то было.
В 2022 году уголовное дело возобновили. Без новых доказательств. Без новых свидетелей. Просто взяли и возобновили — как будто не было ни постановления следователя Кантарии, ни решения арбитражного суда, ни нотариального заявления, ни экспертизы. О том, что дело возобновлено, есть отдельный документ — постановление о возобновлении от 2022 года. Именно после этого началась новая волна: допросы, обыски, задержания. И в итоге — приговоры.
За что сидят?
А теперь самое страшное. Пока Агарон Меликян гуляет на свободе, люди, которые, по сути, просто оказались рядом с этим бизнесом, получили реальные сроки.
Ирина Гюрджян — разведенная женщина, мать двоих детей, наёмный мастер маникюра, на которую имущество было оформлено по-родственному. Её осудили за «мошенничество». Кассационный суд (определение № 77-1372/2025 от 24.06.2025) смягчил приговор и прямо указал: оснований для статьи 174.1 УК (легализация) по этим сделкам нет. Казалось бы — вот оно, правосудие. Но нет. В декабре 2025 года — за считанные недели до её освобождения — против неё возбудили новое дело именно по статье 174.1, по тем же сделкам и по этой статье, про которую кассационный суд писал, что оснований нет. Ей присудили ещё 3,5 года.
В общей сложности — 6,5 лет по двум статьям. Полагаем, что за сделки, которые до этого суды называли легальными и закрывали уголовное дело в связи с отсутствием события преступления.
Геворг Гарибянц — родственник семьи Гюрджян. В апреле 2025 года он вызвал полицию, чтобы зафиксировать силовое вытеснение прежней администрации и эксплуатацию имущества вопреки приговору. Что произошло дальше? Его самого задержали. Больше года он находился под домашним арестом. А 25 августа 2026 года его приговорили к 6,5 годам тюрьмы. За что? За то, что вызвал полицию, чтобы зафиксировать нарушения. Человек, который пытался привлечь внимание к беззаконию, сам оказался за решёткой.
Хранитель, который ничего не знает
Оганнес Оганнесян
Идем дальше. Прежде всего отметим, что свидетель под присягой в суде показала прямо противоположное тому, что говорит «хранитель» имущества: договора аренды у неё нет, все вопросы решает «новая администрация», администратором которой она назвала Оганнеса Оганнесяна.
А теперь поясним:
Рынок в феврале 2025 года передан на ответственное хранение Меликянам. Хранение — это обязанность сохранять, а не эксплуатировать. То есть Меликяны должны были обеспечивать сохранность имущества до решения всех споров. Но это далеко от реальности.
Реальность зафиксирована нотариальным протоколом осмотра от 28.01.2026 (реестр №77/2323-н/77-2026-2-40): рынок полноценно работает — свободный въезд, торговля, кафе, аренда. Это подтвердили ответы налоговых органов и показания свидетеля, данные под присягой в суде.
А что говорит сам хранитель? По заявлениям в прокуратуру УВД по САО г. Москвы вызвало Агарона Меликяна для дачи объяснений. И его ответы — отдельный документ эпохи. Человек, которому суд полтора года назад передал имущество на ответственное хранение, заявил: он ничего не эксплуатирует, прибыли не получает, а арендаторы, «как ему известно», работают по договорам с ИП Гюрджян.
Хранитель имущества не может объяснить, на каком основании на его объекте работают сотни арендаторов, — и ссылается на «как ему известно».
Проверить это утверждение просто. Все договоры аренды на этом рынке всегда заключались на 11 месяцев — к моменту объяснения Агарона прошло больше года с момента передачи ему на ответственное хранение. Ирина Гюрджян с 2023 года находится в заключении и физически не могла заключать новые договоры. А с января 2026 года её ИП признано банкротом (дело №А41-832/2025), и по закону (ст. 213.25 ФЗ-127) все полномочия по счетам перешли исключительно к финансовому управляющему — деньги на счёт ИП Гюрджян поступать не могут в принципе. Четыре независимых источника — нотариальный протокол, налоговые органы, свидетельские показания и статус банкротства — опровергают версию хранителя.
Рынок на «ответственном хранении»
Признание, которое всё меняет
Но самое интересное — это допрос самого Агарона Меликяна от 27 июля 2017 года. Он проходит свидетелем по тому самому делу №11701450009000536. Следователь Шаповалов А.В. спрашивает про компании. И Агарон отвечает дословно: «Оплата стоимости доли Карапетян М.Г. осуществлялась за счёт заёмных денежных средств, привлечённых в качестве кредитов на принадлежащие мне общества, в том числе ООО «Строительная компания 2000» в размере 6 млн долларов США и 209 млн рублей».
Вот так. ООО «Строительная компания 2000» — то самое предприятие, которое, по данным правоохранителей, получило кредиты в «АктивКапитал Банке» и не вернуло их. То самое, которое выиграло тендер Минэнерго и получило около 500 миллионов рублей бюджетных денег в качестве предоплаты за строительные работы, которые не были выполнены.
По обоим эпизодам возбуждены уголовные дела: №11901450150001302 (ГСУ ГУ МВД России по г. Москве, эпизод с банком) и №11801450001000194 (ГСУ ГУ МВД России по г. Москве). И Агарон Меликян лично, под протокол, заявляет: это моя компания.
Дальше — больше. Агарон рассказывает, как распределялись доходы от рынка на Вятской: «Полученный доход делился между мной и Карапетяном К.Г., поровну в соответствии с долями в уставе ООО «Компания ИКО»». То есть торговый комплекс, вокруг которого идёт вся эта война, приносил прибыль, и Агарон получал свою половину. Лично.
А ещё он говорит: «ООО «Строительная компания 2000» и ООО «СтройМонтажЭксперт» принадлежат моим родственникам». Формулировка «родственникам» — удобная. Не «мне», не «брату». Родственникам. Кому именно — история умалчивает.
Но контекст говорит сам за себя. В том же допросе он упоминает: «Генеральным директором ООО «Строительная компания 2000» является Голиков Юрий Павлович, который и является учредителем указанной организации». То есть формально — Голиков. А фактически — «принадлежат моим родственникам».
И ещё одна деталь. Агарон рассказывает, как в 2012 году покупал долю в «Компании ИКО»: «Я фактически только ездил и подписывал необходимые документы. Организацией по составлению договоров и подписанием занималась Карапетян М.Г.». А про оплату говорит: «Оплата стоимости доли Карапетян М.Г. осуществлялась за счёт заёмных денежных средств, привлечённых в качестве кредитов на принадлежащие мне общества». То есть кредиты, полученные «Строительной компанией 2000» и «СтройМонтажЭкспертом», шли на покупку доли в торговом комплексе. А деньги эти, напомним, в банк не вернулись. И бюджетные деньги Минэнерго — тоже.
Схема, в которой всё сходится
Амбарцум Меликян
Теперь давайте сложим пазл.
Амбарцум Меликян — в международном розыске. Его судят заочно за хищение миллиардов из «АктивКапитал Банка» и по госконтракту Минэнерго. Он сбежал из зала суда: сначала приносил справки из больницы полгода, а когда судья отправила туда полицейских, вместо него на койке оказался Оганнес Оганнесян — тот самый человек, которого в старом расследовании «ОРГ» называли доверенным лицом и директором ООО «Усич». После этого судья заочно изменила Амбарцуму меру пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу и объявила его в международный розыск.
Агарон Меликян — на свободе. На нём оформлено многомиллионное имущество. Он числится «потерпевшим» по делу о доле в «Компании ИКО». И он же лично подтверждает: компании, которые получили кредиты и бюджетные деньги, — его.
Схема проста и изящна. Пока Амбарцум «бегает», Агарон держит активы. Пока Агарон «потерпевший», имущество недосягаемо для взыскания. А когда появляется реальная угроза — как в случае с «Компанией ИКО» — в ход идёт уголовное дело, где «украли долю», хотя все документы на выход подписаны добровольно и подтверждены нотариусом.
И ведь это работает. В 2018 году дело закрыли. В 2022 году его возобновили — без новых доказательств. Ущерб в уголовном деле — в 44 раза больше, чем стоимость доли по решению арбитражного суда. А люди, оказавшиеся рядом, — Гюрджян, Гарибянц — получили реальные сроки.
Щит для миллиардов
Уголовное дело №11901450150001302 в ГСУ ГУ МВД по Москве — эпизод с банком. Дело выделено в отношении неустановленных лиц. Вот и неустановленное лицо. Есть прямой допрос, где Агарон Меликян подтверждает: ООО «Строительная компания 2000» — его. Есть показания свидетелей, что именно он получал доход от рынка. Есть документы, что кредиты привлекались на принадлежащие ему общества.
Амбарцум в розыске. Агарон — гуляет. На нём — многомиллионное имущество. На него нет никаких дел. Никто не говорит, что он тоже бенефициар компаний, которые «кинули» государство на полтора миллиарда рублей. Существуют документы, в которых сам Агарон подтверждает, что является бенефициаром компаний «СК 2000» и «Строймонтажэксперт» — тех самых, через которые, по материалам уголовных дел, были похищены бюджетные средства Минэнерго по строительному подряду.
Иными словами, мы полагаем, что статус «потерпевшего» в московском деле — это ещё и щит: он позволяет держать активы вне досягаемости государства, которое пытается взыскать миллиарды, похищенные у банка «АктивКапитал» и из федерального бюджета.
А следующий шаг уже просматривается: получение компенсации от города за торговый комплекс, вокруг которого идут суды. Схема замыкается: чужое имущество отбирается через уголовное дело, эксплуатируется под видом «хранения», а затем монетизируется за счёт бюджета.
Тень «Альтернативы»
И ещё один момент, который нельзя обойти. На Яндекс Картах есть ссылка на сайт торгового комплекса. На сайте в конце страницы можно увидеть некую «ООО УК Альтернатива» и электронную почту. ИНН «УК Альтернатива» — 9701307678. Почта та же. Генеральным директором этой компании указан некий ТОРОСЯН АМБАРЦУМ ВАЛЕРЯНОВИЧ. А у Амбарцума Меликяна есть дочка Маро (ИНН: 773177391977), которая по сведениям Rusprofile.ru сейчас носит фамилию Торосян. И семья Торосян является соучредителями нескольких совместных компаний, о которых «ОРГ» писала в своём расследовании.
Таким образом, ООО «УК Альтернатива» является, как мы полагаем, подставной и аффилированной компанией с семьёй Меликян. Возможно, они используют эту компанию как страховку, если вскроется, что торговый комплекс, который передан на ответственное хранение, на самом деле эксплуатируется и извлекается прибыль наличными.
Редакция «ОРГ» направит запрос в Генеральную прокуратуру и иные структуры с просьбой проверить изложенные факты.
Мы просим также дать правовую оценку действиям Агарона Меликяна, который в ходе допроса от 27 июля 2017 года лично подтвердил свою причастность к компаниям, фигурирующим в уголовных делах о хищении бюджетных средств и невозврате кредитов.
Мы просим проверить, на каком основании было возобновлено уголовное дело №11701450009000536 в 2022 году — без новых доказательств, вопреки постановлению о прекращении от 2018 года и решению арбитражного суда. Мы просим проверить факты эксплуатации торгового комплекса, переданного на ответственное хранение, и установить, кто на самом деле получает прибыль.
Вопрос простой: почему один брат в розыске, а другой — с многомиллионным имуществом и статусом потерпевшего? Почему дело, закрытое за отсутствием события преступления, возобновляют спустя четыре года — и тут же находятся «виновные», которые получают реальные сроки? Почему человек, вызвавший полицию, чтобы зафиксировать нарушение, сам оказывается за решёткой?
Ответ, вероятно, знает только семья Меликян. Но мы будем добиваться, чтобы ответы на наши вопросы состоялись.
Отдел расследований «ОРГ». Продолжение следует…
Фото из архива Г. Карапетян
